Форум » Ехо » "Проклятый старый дом, или Ищу героя по сдельной цене". 32 день года, после полудня » Ответить

"Проклятый старый дом, или Ищу героя по сдельной цене". 32 день года, после полудня

Анхало Хьюсс: Южное Левобережье. Трактир "Серебряный Олень". Послеобеденное время. * * * В этот послеобеденный час зал трактира со странным названием «Серебряный Олень» был почти пуст. Собственно говоря, сам трактир и в иное время суток не пользовался особой популярностью. Невысокое здание из зеленоватого замшелого камня с двускатной черепичной крышей и узкими оконцами, забранными оранжево-зелёными витражами, приютилось на одной из окраинных улочек южного Левобережья, в окружении близко подступающих деревьев с раскидистыми кронами и разросшегося кустарника. Трактир скорее походил на какую-нибудь лесную сторожку: при желании посетителю легко было представить, что забрёл в чащу леса и вышел к жилищу охотника или егеря. Над входом красовалась несколько выцветшая и потёртая деревянная вывеска, изображавшая белого оленя на зелёном фоне, вставшего на дыбы и склонившего голову. Внутри трактира, как уже упоминалось, посетителей почти не было. За стойкой скучал трактирщик, грузный бородатый человек с широченными плечами и могучими ручищами, с повязкой через правый глаз: он лениво протирал бокалы, и казалось странным, что такой дюжий тип так ловко управляется с хрупкой посудой. Две служанки сплетничали о чём-то, прислонившись к деревянной опоре, поддерживавшей потолочные балки. Больше народу в зале не было: лишь за дальним столом, похоже, разгорался настоящий спор. - Это неприемлемо! – кипятился упитанный лысоватый человек в богатом изумрудном лоохи, расшитом красными и золотыми узорами. – Вы не можете отказаться от выполнения задания сейчас! Мы с вами договорились! - Мы с вами ни о чём не договаривались. – скучающим тоном возражал ему долговязый тип средних лет в чёрном кожаном лоохи, прошитом заклёпками. Голова типа была повязана чёрным платком, а за спиной красовались ножны, из которых выглядывала рукоять меча. Длинное остроносое лицо выражало недовольство. – Я всего лишь сказал, что рассмотрю ваше предложение. Но такие условия меня не устраивают. Я не занимаюсь подобными делами. - Как это возможно?!? Мне рекомендовали вас как профессионала в… в известной области! Не забывайте, я обещал вам хорошую оплату! В конце концов, это-то должно вас убедить? - Деньги деньгами, господин Майгель, - наставительно произнёс долговязый, - а жизнь жизнью. Есть проблемы, в решении которых я ничем помочь не могу. Если вас это не устраивает – дело ваше. Здесь я вам не помощник. - Да вы… как вы смеете! – В гневе упитанный хлопнул ладонью по столу, приподнимаясь со скамьи. – Вы… вы подлый авантюрист и пустослов! Я требую… Глаза «чёрного платка» опасно сверкнули. Его рука молниеносно метнулась под лоохи – и в ней сверкнуло лезвие ножа. Размахнувшись, меченосец всадил нож в столешницу как раз между растопыренными пальцами нанимателя. Тот недоумённо моргнул, перевёл взор на нож – а затем побледнел, как мел, и осел на скамью. В его глазах плескался ужас. - Слушай, ты, пузырь. – недоброжелательно процедил «чёрный платок», выдернув нож и убрав обратно в ножны. – Держи язык за зубами. Ещё никто и никогда не смел так ко мне обращаться. Тебе ясно?!? – И, не дожидаясь ответа, поднялся из-за стола и направился к выходу.

Ответов - 54, стр: 1 2 3 All

Ломион: Затем, Тео выпил пол бутылки бальзама, кучу небольших флакончиков с зельями, все из того же сундука, одел маску, закрывавшую все его лицо, шляпу, взял трость и лампы, и, вышел из комнаты. В Таком пугающем виде он предстал перед хозяином дома и леди Литой. - Скоро закат, дамы и господа! Какой адрес у вашего проклятого жилища? - глухо, сквозь маску, возвестил Тео. "какая жалкая театральность..."- подумалось ему, но по другому и быть не могло в Таком виде.

Элия Тэн: Лита устроилась в кресле, изящно положив ногу на ногу, и теперь неспешно пила вино, разглядывая интерьер комнаты. Ей здесь нравилось, она чувствовала себя в своей стихии. Ее семья была богата, и торжественные приемы были частью ее жизни с малых лет. В Ехо в том числе. - Что-то сэр Ломион задерживается, - сказала она, спустя какое-то время, наполненное молчанием. Сэр Майгель встрепенулся, словно очнувшись от своих мыслей. - Странный он. Вроде у него нога болит, а он то хромает, нет... И с лампами что-то непонятное делал... Вы уверены, что он в состоянии справиться с тем, что в том доме обитает? Я как вспомню все эти стоны и звуки, аж жутко становится... Какое счастье, что я вовремя съехала... Хоть бы предупреждали... Хотя да, кто тогда стал бы снимать у вас комнаты... А вы ведь недешево берете. Неудивительно, что ваш собственный дом такой роскошный... - девушка укоризненно покачала головой, словно осуждая Майгеля за его шикарный образ жизни, нажитый... не вполне честным образом. - Уже скоро закат... - добавила она, глядя в окно. - Ох... надеюсь, фамильная шкатулка в скором времени найдется... Мне нужно домой ехать, а как же я могу вернуться без шкатулки? Увидев Тео, леди Дэнир даже тихонько ахнула от неожиданности, расплескав немного вина на лоохи. - Сэр Ломион? - проговорила она. - Что за вид! Прямо член какого-то страшного Ордена из вас получился...

Анхало Хьюсс: Майгель, доселе слушавший благородную леди с выражением лёгкой скуки на лице (он уже не раз выслушивал её жалобы и сетования с тех пор, как пропала эта треклятая шкатулка), даже обрадовался появлению Тео. Хотя вид нанятого исполнителя его поначалу тоже поверг в изумление. Надо же... В этаком наряде сэр Ломион походил скорее на какого-нибудь героя из театральной пьесы о тёмных временах Эпохи Орденов. Сейчас бы прибавить к его облику полыхающее за спиной пламя и горящие зловещим светом прорези маски - вот вам и Тёмный Магистр, призванный незадачливым магом из преисподней и готовый сеять на земле разрушение и страх. - Рад видеть вас, сэр Ломион! - произнёс он, поднявшись с кресла. - И вы, и леди Лита правы: дело и впрямь к вечеру... Посему предлагаю отправиться немедля, если вы готовы. - С этими словами он повернулся и прошёл к двери. Створки бесшумно отворились перед хозяином и его гостями: двое слуг, застывших по сторонам лестницы, слегка поклонились. Майгель спустился по ступеням. Солнце и впрямь клонилось к закату: небо, доселе белое, подёрнулось розовато-лиловой вечерней дымкой, кое-где уже вспыхнули на небосводе первые звёздочки. По земле протянулись длинные вечерние тени: парк погрузился в сумерки. Амобилер уже ждал их напротив входа. За рулевыми рычагами восседал возничий в очках: тот самый или другой - не понять. Слуги спустились по лестнице следом за хозяином, прошли к амобилеру и отворили дверцы. - Прошу садиться. - сделал приглашающий жест Майгель. - Мой возничий довезёт нас до места. Вас интересует адрес? Улица Туманных Снов: это в паре кварталов от старого кладбища... Залезайте, поехали. - С этими словами он забрался в амобилер. Слуги закрыли двери за Ломионом и леди Литой: экипаж стронулся с места и покатил в сторону главных ворот. Проехав под ними, он свернул на улицу и скрылся под сенью деревьев. Двое привратников молча застыли по ту сторону ворот, словно провожая взорами исчезнувший экипаж. Оба лысые, в круглых зелёных очках, в одинаковых ливреях... Похожие друг на друга, как два отражения одного человека. От заходящего солнца на мостовую легли длинные вытянутые тени. Тень кованой ограды и ворот: наслаивающиеся друг на друга тени деревьев: тощие скошенные тени фонарных столбов... Только вот от фигур слуг не тянулось никаких теней. Даже призрачных, даже зыбких. Оба привратника не отбрасывали тени.

Ломион: Тео сел в амобилер, взглянул на лакеев Майгеля напоследок. Что-то ему в них сильно не нравилось, помимо схожести, но, что, именно он так и не понял. "всегда есть подвох" - мрачно подумал он. - Сэр Майгель, я еще могу понять, зачем сейчас в этом амобилере едете вы, но зачем снами едет леди Лита? Я не уверен что там будет безопасно. Тем более, что в дом войду я один. - сказал Тео, достал трубку, но потом вспомнил про маску, и убрал ее назад, в карман.

Анхало Хьюсс: Майгель уставился в окно, за которым проносились дома утопающей в сумерках улицы: во многих окнах уже зажглись огни, и уличные фонари налились зыбким газовым светом. Заслышав вопрос Тео, он повернулся к нему. - Кхм... Вы, конечно правы. - промолвил сэр Шапширо. - Я и сам понимаю, что поход в этот дом - не увеселительная прогулка... Однако таково было собственное желание леди Литы. Не знаю уж, чем это вызвано: возможно, она опасается за сохранность своей драгоценной шкатулки... - Майгель взглянул на Литу с некоторым раздражением. - Леди, может, сами объясните сэру Ломиону, что именно побудило вас последовать за ним?

Элия Тэн: Леди Дэнир наморщила носик, недовольно и немного вызывающе глядя на мужчин. - Да, опасаюсь! Хочу быть уверена, что все пройдет, как надо. Эта шкатулка слишком ценна... для меня, я имею в виду, для моей семьи, - быстро поправилась она. - Для постороннего она не имеет практически никакого интереса... Поэтому хочу ее сразу получить, как вы вернете, сэр Ломион. Меня уже заждались дома. В ее голосе сквозило некоторое беспокойство, словно она боялась, что ей не поверят.

Ломион: Тео тяжело вздохнул. -Хорошо, но ближе чем на сотню шагов, к дому не приближайтесь, а лучше - дюжину сотен. С вашим проклятым домом есть другие здания, с жильцами, по соседству? Они еще живы? Или вы не интересовались? Если кто остался, то лучше, что бы они все побыстрее покинули свои дома, а то магистры знают, что устроят эти твари, когда я их хорошенько разозлю своим присутствием. Ломион был бодр и ожидал схватки.

Анхало Хьюсс: - Жильцы по соседству? - Майгель на миг задумался. - Хм... Да в общем-то нет. Та улица не слишком густо заселена: большинство людей не любят селиться там, где кладбище под боком... Вокруг дома довольно обширное пустое пространство. За пределами самого жилища никогда ничего необычного не происходило - по крайней мере, со времён Эпохи Орденов. А вот в те годы, когда это здание ещё принадлежало магистру Шио... - Сэр Шапширо отчего-то смешался и выглянул в окно. - Ну вот... Мы подъезжаем! Амобилер сделал плавный поворот - и остановился у невысокой кованой ограды, которой был обнесён просторный и довольно запущенный двор. Вокруг в самом деле не было видно других домов: лишь в дальнем конце улицы в сгущающихся сумерках высились контуры зданий. Улица Туманных Снов противоположной стороной примыкала к широкому, забранному в камень каналу, через который был перекинут невысокий крутой гранитный мостик. По ту сторону канала высились фонари, соседствующие с высаженными через равные промежутки деревьями. Сам дом, прежде принадлежавший магистру Шио чин Шино, выглядел довольно эффектно и немного жутковато. Сложенный из тёмного камня трёхэтажный особняк с узкими стрельчатыми окнами, с непривычно высокими двускатными крышами, крытыми тёмно-фиолетовой черепицей и огороженными коваными перильцами. Архитектура особняка была такова, что здание казалось расширяющимся кверху за счёт выступающей по всему периметру третьего этажа галереи, а также нескольких балкончиков. С одного боку строение было подпёрто аккуратным флигелем. Вдобавок над стыкующимися друг с другом крышами особняка выступали две башенки с высокими коническими крышами: одна, со стороны фасада, более основательная и широкая, вторая - тонкая и стройная. Словом, здание выглядело довольно странным и каким-то сумрачным: самое место для магистра ордена, чья магия была неразрывно связана с тьмой и сумерками. Ни одно окно не горело: дом и сад были погружены в сумрак. Зато два уличных фонаря по сторонам от ворот уже озарились изнутри газовым светом. Они освещали каменную арку, на ключевом камне которой был вырезан странный символ: круг, а внутри него - три взявшихся за руки человеческих фигурки, какие-то странно вытянутые и заострённые, словно бы кружащиеся в танце. Древний символ Ордена Танцующих Теней. Остановив машину, возничий выбрался наружу и уже привычно открыл двери перед пассажирами. - Выбирайтесь, сэр Ломион. - предложил Майгель. - Солнце уже зашло: думаю, сейчас самое время наведаться в дом.

Элия Тэн: Лита тоже выбралась из амобилера и теперь, хмуря брови, смотрела на дом, хоть он был прекрасным образцом архитектурного искусства. И кто знал, какие мысли роились в этой симпатичной головке. Девушка на мгновение отключилась от окружающего мира и смотрела на дом невидящим взглядом, словно сквозь стену. Впрочем, через какое-то время она встряхнула головой, привычным движением заправила за ухо выбившуюся прядь, и недовольно посмотрела на мужчин, мол, чего они там медлят. - А снаружи и не скажешь, что в доме происходит что-то странное... - сказала она. - Все так аккуратно. Похоже на особняк хмурого аристократа.

Ломион: Тео вышел из амобилера, долго рассматривал одинокий дом, где затаились ночные твари, и заявил: -Что ж, самое время проститься. Прощайте, леди Лита, сер Майгель. И еще – что бы не случилось – в дом не суйтесь, даже если кто-то начнет орать из него, моля о помощи, и постарайтесь никого к нему не подпускать.

Анхало Хьюсс: Майгель, вышедший из амобилера, остановился перед воротами и заложил руки за спину, вглядываясь в сумерки ночного сада. Заслышав слова Ломиона, он обернулся. - Прощаетесь? - поднял он бровь. - Ну что вы... Я уверен, что у вас всё получится. В конце концов, вы же профессионал, а я... - Оборвав фразу, он качнул головой, подав знак слуге. Тот молча подошёл к воротам, лязгнул щеколдой - и, взявшись за кованые решетчатые створки, потянул их на себя. С тихим скрипом ворота распахнулись. Возничий отошёл в сторону и встал под фонарём, сложив руки на груди, будто ожидая новых приказов. - Удачи, сэр Ломион. - кивнул Майгель. - Не беспокойтесь: я никого не подпущу к дому. И прослежу, чтобы леди Лита не соизволила вмешаться в ваши дела! - Он многозначительно взглянул на бывшую постоялицу.

Элия Тэн: Лита только насмешливо посмотрела на Майгеля, пожала плечами и перевела взгляд на Ломиона. - Ни о каких прощаниях и речи быть не может, - холодно сказала она. - Вы обещали вернуть мне шкатулку, так что надеюсь вскоре увидеть вас с ней в руках, выходящим из этого дома. Не зря ж вы так готовились, - она кивнула на Тео, имея в виду его маску и прочие атрибуты. Я буду ждать неподалеку, - добавила она и пошла прочь по улице.

Ломион: Тео рассмеялся, развернулся на каблуках и пошел в дом. Дверь была нараспашку - похоже кто-то спешил покинуть здание, не боясь кражи. Тео вошел в просторнейшую прихожую и закрыл за собой дверь. Первое что бросилось ему в глаза - распластанное на ковре тело. Осмотрев его, Ломион пришел к выводу, что это был вор, тем более что у того в руках был мешок, в котором лежал разный хлам, который мог представлять хоть какую-либо ценность. Тео поднялся, сделал еще пару шагов в темноте и наступил на что-то мягкое. Это была рука. Под широкой тумбой на высоких массивных ножках лежало тело. Возникло чувство, что его кто-то туда старался спрятать. Самое удивительное, что Тео узнал мертвеца - это был совершенно лысый человек в очках и ливрее. -Так-так-так, а вот это уже интересно... - протянул Тео.

Анхало Хьюсс: В эту минуту над улицей Туманных Снов прокатились звуки ритмичного перезвона. Над крышами города зазвучали вечерние колокола, знаменуя миг заката. Солнце в последний раз сверкнуло острым лучиком - и кануло за горизонт. А спустя миг в тёмной прихожей неожиданно раздался тихий смешок. Тонкий, словно перезвон серебряных колокольчиков. Тени, затягивающие комнату, как-то странно и почти незаметно переменились, словно бы сгустившись за спиной Тео. Казалось, тьма гостиной ожила - и обратила внимание на нежданного гостя. Труп лысого человека в ливрее, распростёртый на ковре перед Тео, не шелохнулся, как и подобало мёртвому телу. Непроницаемые стёкла круглых очков жутковато выделялись на слабо различимом в сумерках лице: казалось, мертвец рассматривает Ломиона в упор... И вдруг в стёклах очков качнулось чьё-то едва различимое отражение, призрачный силуэт. Что-то за спиной Тео пришло в движение... и миг спустя стало ясно - что. Тело незнакомца, которого Тео определил для себя как вора, медленно поднималось с ковра. Движения его были совершенно нечеловеческими: как будто у марионетки, которую кто-то потянул за невидимые нити, уходящие в потолок. Мертвец даже не поднялся на ноги - он всплыл над полом, будто повиснув на тех самых нитях: носки сапог едва касались ковра. Голова, безвольно свисавшая на грудь, рывком поднялась: на Тео уставилось бледное, плохо выбритое лицо с остекленевшими неживыми глазами. И глаза эти внезапно налились мертвенным синеватым светом.



полная версия страницы