Форум » Вне времени » История о чести и морали, которые, порою, не нужны. 6-й день года, глубокая ночь... » Ответить

История о чести и морали, которые, порою, не нужны. 6-й день года, глубокая ночь...

Йотори Асаори: А где мораль? – взывает строгий критик - Да темные магистры с ней, с моралью, Вы сударь, лучше благодарно оцените, Что вас до нитки мы не обобрали… [more]Место действия: особняк сэра Йотори Асаори Время действия на начало истории: глубокая ночь.[/more]

Ответов - 36, стр: 1 2 All

Йотори Асаори: Дни свободы от забот архивариус посвящал исключительно отдыху. Правда для стороннего взгляда разница между работой сэра Йотори и отдыхом была не заметна. В рабочие дни сэр Йотори Асаори проводил в кабинете при дворцовых архивах, скрупулезно перечитывая и сортируя документы. Вот, некая юная леди, едва-едва научившаяся писать решила выразить его величеству свои чувства, или скажем скучающий старик, написал очередную жалобу сетуя на недобросовестность каменщиков, которые вымостили улицу так, что начиная с 187 322 ряда камней мостовой, если считать от фонарного столба у перекрестка, камни выложены неровно, на полпальца ниже предыдущей части дороги. И Факт сей опасен для жизни тех, кто, катаясь на амобилерах, рискует свернуть себе шею из за этой неровности на дороге. Его величество и знать не знает о таких жалобах, а бумаги эти разбираются в канцелярии, и после отправляются в архив, как и счета из харчевен, за каждого голодного, которого накормили за королевский счет. Но это в рабочие дни. Дни свободы от забот у сэра Йотори кардинально отличались от будней в королевских архивах. Он скрупулезно перечитывал и классифицировал документы, собранные в архиве собственного дома. А вид из окна кабинета в дворцовом архиве и здесь был совершенно разным. Особняк на углу улиц Сонной травы и Пьяной улитки был весьма и весьма скромным. Каких-то два этажа, всего 27 бассейнов для омовения, небольшой сад, с искусственным прудом, в котором никак, несмотря на всю применяемую магию не выводились серебряные водяные змейки – существа по сути неживые, и этому миру не принадлежащие, но вполне себе размножавшиеся и радостно жрущие все, что попадало в пруд. В общем – скромное жилище старого холостяка. Хотя стариком сэра Йотори рискнул бы назвать разве что записной хам, да и упрекнуть в отшельничестве и нелюдимости этого господина было сложно. Гости в особняке бывали. Даже такие, которые наведывались без приглашения. Как, например, тот любопытный, который в последние дни прошлого года побывал в доме, во время отсутствия сэра Йотори. Задерживаться в ожидании хозяина, гость не стал, лишь забрал с полок стеллажа в гостиной фигурки двух собачек, выточенных из кости, и украшенных вплавленными в костяную основу серебряными нитями – недорогие безделушки, вся ценность которых заключалась в имени мастера создавшего эту пару, да в том, что на фигурки эти самим сэром Йотори были наложены незатейливые чары для привлечения внимания. Если бы архивариус успел наведаться домой после этого случая, то он непременно бы оставил таких вот «сторожей» еще раз, но, увы, за те несколько дней, которые мужчина провел во дворце, заканчивая сводную ведомость с перечнем всех королевских пожалований за минувший год, гость этот заглянул еще раз, а потому, не застав хозяина, на память о визите прихватил содержимое одной из шкатулок , стоявшей на трюмо в спальне. Десяток перстней и кулонов, подобранных в зеленой гамме. И эта пропажа, может быть, и осталась незамеченной, если бы, войдя в спальню, сэр Йотори не обратил внимание, что шкатулка чуть сдвинута относительно своего прежнего места. Ну а после, разумеется, обошел весь дом, чтобы узнать, куда еще загадочный гость сунул свой любопытный нос. Ну и на всякий случай, сплел из теней под портьерами нехитрый узор, который несложными чарами впаял в оконные рамы и дверными проемы. Магия всего-навсего пятой ступени при всей своей безобидности создавала у проходившего через дверь, (или окно) чувство, что на плечо ему по ниточке с потолка спускался крохотный паучок, из числа иллюзий, которые видны краем глаза, но стоит обернуться – и ничего нет. Показалось. А, тем не менее, паутинки теней вплетаются в тень прошедшего, и тянутся за ней, липкими ниточками склеивая тень с тенями предметов. И сеть эта связывала все тени в доме, не мешая его хозяину, да дворецкому. Правда, чтобы славный добродушный Хейдо не шарахался в сторону от этих всех теней, пришлось накинуть несколько чар на его домашние туфли. Повар же был настолько занят собственными кулинарными таинствами, что не обращал внимания на всяких там иллюзорных насекомых, и исправно переводил приличные продукты, чтобы раз за разом создавать шедевры сомнительной съедобности, оценить которые могли разве что всеядные змейки в пруду. По мнению Йотори, этих предупреждающих чар, было вполне достаточно, чтобы спокойно заниматься любимым делом, просиживая допоздна в библиотеке своего дома. Тяжелые портьеры были плотно задернуты, так, что снаружи свет от небольшого светильника на рабочем столе, совершенно не был заметен, а архивариус, в очередной раз, погрузился в перечитывание одной из записей давно сгинувшего мага. Проблема была в том, что почти весь дневник был утрачен. А несколько фрагментов довольно связного текста никак не хотели складываться в нужном порядке, чтобы все строки написанного наконец-то обрели смысл.

Орли Нара : Ночь - странное время, к которому многие обыватели относятся с суеверным трепетом и почтением. Никогда не задумывались, почему порядочные люди предпочитают в это время суток находиться дома в своих уютных кроватях, тратя бесценное время своей жизни на сон, которым в общем-то можно было бы заняться и в иное, менее таинственное время, вместо того чтобы созерцать величественное очарование Ночи? Вероятно, вы скажете, что это - темное во всех смыслах время, больше подходящее для всяких упырей и Мятежных Магистров, дескать им свои делишки как раз удобно проделывать под покровом тьмы, а нам, порядочным жителям, нечего им мешать, на то есть специалисты. И ошибетесь. Ведь злодеи, уж если им сильно припечет, едва ли станут ждать заката, жалостливо кляня судьбу, за то что солнце так медленно ползет по небосклону. Но зато ночь - самое благодатное время для совершения всевозможных глупостей, а также безумств любых калибров. Миллион раз, не щадя языка, повторял сэр Алким, учитель молодой воровки, одну прописную истину: »никогда, ни за что не воровать в одних и тех же местах и особенно в одних и тех же домах! Нельзя, ни в коем случае нельзя возвращаться на место преступления!« - строго наставлял он Орли, не без основания считая ее способной ученицей. Но ни предупреждения наставника, ни собственный голос разума, который полностью соглашался с мудрым старым вором, не могли справиться с азартом и любопытством молодой воровки. Однажды попав в дом на углу улиц Сонной травы и Пьяной улитки, девушка не смогла отказать себе в удовольствии нанести визит неосмотрительному хозяину снова. Причин тому было много и ни одна не стоила того, чтобы рисковать. Но кого это интересует? Во-первых, юную леди очаровал сам дом: старинный, но не давящий своей массивностью и вековой памятью, немного мрачноватый и загадочный, но вместе с тем ни чуть не пугающий; во-вторых, попадать в него было сплошным удовольствием. Орли не имела представления, кем был его хозяин, но она была ему очень признательна за то что, он держал мало слуг, которые, как все порядочные люди, спали ночами, сам редко появлялся здесь, что существенно облегчало задачу воровки и наконец, в доме были большие окна и стены, увитые вьюном и изукрашенные барельефами, по которым залазить было сплошным удовольствием. Добавьте к этому, что защитных заклинаний, способных помешать визиту незваных гостей, Орли не обнаружила, а хозяин дома был человеком богатым и обладающим отменным вкусом, девушка налюбоваться не могла на свою добычу, даже продавать было жалко, а уж сколько еще милых безделушек жаждало ее внимания… Одним словом удержаться от соблазна воровка не могла. «Нет-нет, я не полезу туда снова, просто прогуляюсь мимо, полюбуюсь на парк, воздухом подышу… Ну, в самом крайнем случае найду симпатичный домик на соседней улице,» - убеждала она голос разума, упрямо твердивший о глупости затеи и возможном риске. В результате короткого спора с самой собой, здравомыслию было предложено заткнуться, а Орли с легкостью перемахнула через резной забор, оказавшись в хорошо знакомом парке. Девушка на мгновенье остановилась, проверить не зацепилась ли она краешком темно-синего лоохи за острый забор, оставив там улику, и плотно ли тюрбан сидит на голове, не выпуская непослушные пряди на свободу, чтобы ни приведи Магистры, не оставить волос на месте преступления. Убедившись, что все в порядке, девушка улыбнулась, весело подмигнув единственной свидетельнице ее проделок - Луне, и продолжила путь к дому. Дальше все шло как обычно, она выбрала одно из темных окон на втором этаже (хотя они все были таковыми), где по ее прикидкам должен был находиться кабинет хозяина, и бесшумно проникла в темную комнату, открыв простеньким заклинанием окно. Девушка легко спрыгнула с подоконника и почувствовала, что ее плеча коснулось что-то живое и ползающее - паук. Воровка вскрикнула от неожиданности, тут же зажала себе рот обеими ладошками, виновато и в то же время испуганно поморщилась, моля все известные ее силы, чтобы ее не услышали. Сердце в это время жило своей отдельной жизнью, совершая экскурсию куда-то в район горла, а потом и к пяткам. Только потом Орили позволила себе оглянуться, что бы стряхнуть насекомое, которого боялась до смерти. Но ничего не обнаружила. Удивляться этому факту юная леди не собиралась, не мудрено было пауку улететь куда-нибудь на границу графства Вук, если она дернулась и подпрыгнула едва ли не к потолку от испуга. Мысленно отчитывая и ругая себя, Орли все же отправилась исследовать хозяйский кабинет, заприметив одну шкатулку из диковинного дерева и все время бросая взгляды на книжные полки. Нездоровое любопытство девушки, развило в ней страсть к чтению, и она никогда не упускала возможности прихватить на память приглянувшуюся книгу. Поэтому девушка сняла с полки одну из книг, не глядя положила ее рядом со шкатулкой и сосредоточила свое внимание на ней. «Ну, давай, милая, открывайся. Твой хозяин не обидится, правда, он в тебя явно давно не заглядывал: вон пылинки, чуть заметные между створок - их просто так при уборке не смахнешь, для этого открыть шкатулку надо... Давай, хорошая моя, я только взгляну, правда-правда» Но упрямая вещица никак не хотела выдавать свои секреты. В конце концов девушке надоела эта возня, она и так потратила слишком много времени, но азарт не давал отступиться, да и любопытство требовало своего, ведь интересно, что скрывает такая красивая вещь. Она наложила на нее одно замысловатое заклятие, которое и было-то всего пятой - на грани с запретной шестой ступенью белой магии, но открывало такие вот замысловатые механизмы. Недостатком было то, что работало оно медленно и требовало несколько минут. Свободным временем Орли решила распорядиться с пользой, она взяла приглянувшуюся книгу и, раскрыв ее, устроилась на полу, облокотившись о ножку письменного стола - спиной к двери, так что ее и видно не было. Для себя девушка уже решила, что заберет содержимое шкатулки и эту книгу.

Йотори Асаори: Тени дома, чуткие и ждущие, первыми ощутили касание чужой тени, заволновались невесомым шепотом передавая друг другу весть о ночной гостье, и словно круги по воде, от брошенного камушка разнеслось по дому тяжелым укоризненным вздохом известие о том, что сторожевые чары потревожены. От забегавших по столу паучков, сэр Йотори достадливо отмахнулся. У гостей, почему-то была одна особенность – наносить визиты именно в тот момент, когда Асаори почти заканчивал новую забавную вещицу, или же, как сейчас был на грани того, чтобы сложить кусочки головоломки. Вот и сейчас, донесшийся, приглушенный стенами дома, но услужливо подхваченный эхом, женский визг спугнул совершенно гениальное озарение, которое вот-вот почти совсем возникло у архивариуса, размышлявшего над старой загадкой. И Йотори уже почти было вернулся к перебору вариантов состыковки фрагментов. Но паучки были настойчивы и доносили на уровне отвлекающе-беспокойного присутствия кого-то за спиной, информацию о каждом шаге поздней гостьи, наведавшейся в кабинет. Сэр Йотори со вздохом убрал листы дневника в ящик стола, довольно небрежно, как могло бы показаться, со стороны. И поднявшись, прихватил с собой лампу, чтобы не блуждать в темноте дома, спеша разобраться с нарушительницей спокойствия и рабочей атмосферы. Он шел довольно уверенно, не сомневаясь в действии артефактов, многие из которых при первом соприкосновении с ними, так притягивают внимание, словно заложенная магия сама просится в руки. Это потом такой эффект становится привычным, и снимается одним щелчком пальцев, но поначалу простые вещицы увлекают. Распахнув дверь кабинета, мужчина обнаружил, собственно, виновницу того, что он в очередной раз не сложил головоломку. - Ну, и что за манеры, юная леди, - приблизившись к девушке, маг бесцеремонно выхватил у нее книгу, - очаровательным леди не пристало интересоваться старыми фолиантами, словно вокруг мало других ценностей. Света лампы хватало только, чтобы рассмотреть худенькую фигурку ночной посетительницы, да симпатичный носик и живо блестящие глаза под рыжеватой челкой. - Если вас, сударыня, интересуют книги, то у меня есть сборник сказок, составленными знатными моралистами, которые очень хорошо описывают все ошибки, мешающие осуществлению подобных замыслов. Тонкие губы мужчины изгибались в насмешливой улыбке. Он, в любом случае, не стал бы вызывать сюда служителей правопорядка: в доме было слишком много самых разных вещей, мятежные магистры знают, с какой силой магии, если вдруг действие нескольких артефактов наложится друг на друга. Так что, сэра Йотори вполне устраивал вариант, если поздняя гостья в шоке от встречи с хозяином дома, рискнет выпрыгнуть из окна кабинета с последствиями, или без оных, для своих хрупких косточек. К людям, которые считают себя вправе забирать себе то, что пока принадлежит другим, сэр Асаори относился с пониманием, которому способствовала добрая сотня дневников, и манускриптов, которые тоже некогда принадлежали другим людям. Так что, сложившуюся ситуацию архивариус находил пока что лишь поводом компенсировать так и невозникшее гениальное озарение.

Орли Нара : То ли книга оказалась слишком увлекательной, что кстати было правдой, то ли хозяин умел ходить почти бесшумно, но воровка прозевала его появление. Девушка поняла, что попалась когда было уже слишком поздно. Общаться с полицией Орли совершенно не хотелось. Что могла она противопоставить поимке с поличным? Ничего. Кроме собственной непосредственности и способности к импровизации. Сдаться и показательно раскаяться? О, нет, это- равносильно признанию собственного поражения! Ни за что! Да, и в крайнем случае то же самое можно будет проделать и перед полицейскими, они, ведь, тоже люди- отпустят, никуда не денутся. Все эти рассуждения пронеслись в голове юной леди за те несколько коротких мгновений, что понадобились, так не вовремя ставшему внимательным, хозяину, что бы пересечь комнату. Орли не двинулась с места и только когда не известный господин бесцеремонно потревожил ее, вырвав книгу, подняла на него удивленные глаза: - Тому кто спрашивает о манерах пристало придерживаться их, показывая тем самым пример, а не вырывать из рук у девушек книги и неслышно подкрадываться, пугая их.- с неожиданной для самой себя уверенностью и достоинством ответила воровка. И только потом позволила себе улыбнуться – Прошу прощения, что потревожила вас в столь поздний час, но не смогла себе отказать в удовольствии почитать немного перед сном.- со всей возможной непосредственностью заявила Орли. До чего же сложно, невероятно, невозможно сложно было улыбаться и сохранять внешнее спокойствие, когда перед тобой в каком-то шаге стоит человек, поймавший тебя… «Возможно сейчас он уже посылает зов полиции… Окно близко, всего пара шагов… Второй этаж, не спрыгнуть. Только без паники. Я выберусь. Ведь, правда?» В этот момент заклинание наложенное воровкой на шкатулку завершило свою работу и та со звонким щелчком открылась. Демонстрирую всем желающим свое содержимое. Орли и бровью не повела : - Благодарю, сэр, вы очень добры. Обожаю сказки.- «Особенно рассказывать их кому-то»- Давайте я подожду вас здесь, пока вы ее принесете. На этих полках ее нет, я уже смотрела.- с самым невинным видом сказала девушка.

Йотори Асаори: Юное создание оказалось полностью лишено таких сомнительных женских достоинств, как кротость и смирение, не умело смущаться и лепетать слова извинений, а так же, видимо было совершенно неосведомлено о скверном характере хранителя дворцовых архивов, иначе, чем еще можно было объяснить такое возмутительное отсутствие трепета и страха у этой любознательной барышни. - Юные леди, навещающие одиноких мужчин под покровом ночи, с весьма непонятными намерениями, безусловно – самые великие знатоки этикета в Ехо, - съязвил Йотори, любуясь задорной улыбкой своей гостьи. «Авантюристка, - диагноз был поставлен сразу и безапелляционно, - такие получают удовольствие от процесса в своем не простом ремесле, а материальный результат - уже вопрос второстепенный». Для того чтобы, поставив фонарь на низкую тумбу у стены,а после открыть книгу, ближе к концу, пролистав несколько страниц, потребовалось меньше минуты. Тонкий конверт, заложенный между страниц оказался на месте, по счастью, не попавшейся любопытной гостье. Сэр Йотори, не без легкой демонстративности, вынул конверт, и направился в сторону книжного шкафа, чтобы поставить фолиант на место. Конверт, который держали пальцы архивариуса, некогда был явно выбран женщиной – тисненая бумага, украшенная рисунком пастельных тонов, собранным из бабочек-цветочков-глупых завитушек даже хранила тонкий аромат духов бывшей своей хозяйки. - Еще бы, леди заметила эти сказки, - тонкая усмешка тронула губы Йотори, когда, поставив одну книгу, он снял с полки другую, носившую красноречивый заголовок: «Светские манеры и правила поведения на дворцовых приемах для девиц, жаждущих снискать всеобщее внимание и произвести впечатление своим благонравием и достойным поведением», написанная леди Кинарой Чатлих, мастером благих наставлений и приятных бесед. Ни одному здравомыслящему человеку и в голову не придет читать подобный опус, вызывающий позывы ко сну при прочтении только одного названия. Как и прочие книги из подборки редкостной занудности книг по самым разным тематикам. Но, стоило открыть эту книгу на определенной странице, и вложить меж листов конверт, как строки заголовка подернулись рябью, и на потемневшей и моментально постаревшей, до благородной затертости, обложке проявилось название иного рода. «Сказания мертвой вороны, испившей из дырявой чашки». Авторство указано не было. Упоминать о том, что книга сия была запрещена орденом Семилистника, сэр Йотори не стал, как и анонсировать общий смысл коротеньких, но интересных баек, суть которых сводилась к высмеиванию слабостей, которым подвержены магистры, стремящиеся к достижению могущества. Слабостями безапелляционно признавались доверчивость, непредусмотрительность, добродушие, неоправданная щедрость, неумение поддерживать достойную репутацию и многое другое. - Смотреть и видеть, - с желчной иронией в голосе сообщил сэр Йотори гостье, - это совершенно разные вещи. Так что, милая леди, то что вы можете увидеть в этом доме, по большей части лишь то, что дозволено видеть стороннему взору. Мужчина развернулся к обладательнице рыжей челки, в душе слегка недоумевая, почему же эта дерзкая особа не отважилась рискнуть на прыжок со второго этажа и все еще находится в его кабинете. Но терпеть в своем доме, ночью, неосмотрительных т незнакомых девиц, в планы сэра Йотори совершенно не входило, а потому протянув девушке «Сказания», мужчина решительно заявил: - Вот вам сказки для чтения перед сном. А теперь я полагаю, вы позволите показать вам, где находится выход из моего дома? Почитать вы можете и у себя в спальне. К чему беспокоить родителей, которые могут хватиться дочери, имеющей привычку проводить ночи в обществе незнакомых мужчин? Мысли о том, какие проблемы могут преследовать девушку, если по прихоти случая или собственной наивности, она случайно покажет эту книгу кому-либо, остались исключительно мыслями. Но вариант событий, по которым юная любительница чужих книг может оказаться в Холоми и надолго, вполне устраивал сэра Йотори.

Орли Нара : Неизвестный господин ни чуть не походил на взбешенного дерзостью наглой воровки обывателя. Да, и на обывателя вообще слабо тянул. Не может быть такое спокойствие показным. Вот он- верный признак опасности, только человек знающий свою силу может вести себя так в подобной ситуации. Именно в этот момент, когда ее никто не просил, решила проявить себя вся иррациональность женской натуры. Орли испугалась по-настоящему. Испугалась того, что хозяин дома не спешил вызывать полиции и даже не упоминал ее, не читал нотаций о том, что юным леди не пристало лазить по чужим домам в поисках наживы, не угрожал какими-то страшными чарами, не требовал компенсации, одним словом вел себя не нормально. Конечно, начиная весь этот спектакль воровка рассчитывала, что все обойдется и побранившись немного господин отпустит ее на все четыре стороны. Но, не так же просто! - Я, ведь, уже извинилась за беспокойство.- изо всех сил, стараясь скрыть нахлынувшую внезапно тревогу, ответила Орли на едкую реплику хозяина. Тем временем загадочный господин решил окончательно расшатать психику несчастной воровки, устроив показательное выступление с книгами. За то название, открывшееся в результате всех манипуляций взору девушки, стоило всех этих переживаний, а возможно, и много дороже. Знаток, несомненно, оценил бы всю гамму эмоций, отразившихся на лице юной леди: интерес, детский восторг, смущение, страх, снова интерес… - Это- запретная магия? – почему-то шепотом, боясь поверить собственным глазам спросила Орли переводя взгляд с мужчины на книгу и обратно. « Он- Мятежный Мгистр. Он- точно Мятежный Магистр.» Девушка встала, вздохнув она взяла книгу, все еще не веря в это. Провела кончиками пальцев по корешку, потемневшего от времени переплета, боясь даже дышать, хотя сердце вытворяло кульбиты, требуя кислорода. - Какие же еще секреты скрываются под этой крышей, если такие- неотрывный взгляд а книгу,- раздаются в качестве сувениров? – мысли непроизвольно вылились в слова, все такие же тихие. Орли развернулась, готовая следовать за хозяином и отчаянно желая поверить в его словам о том, что сейчас он покажет где дверь и она просто уйдет от сюда и теперь уже точно никогда не вернется в этот странный дом. - Вы- Мятежный Магистр? – неожиданно для самой себя спросила она и тут же прикусила не в меру длинный язык.

Йотори Асаори: Стоило заметить, детей сэр Йотори не любил. Ни тихих, ни послушных, ни умных, ни талантливых. Иногда ему самому казалось, что в отличии от других, он сам ребенком не был, а сразу возник в этом мире вот таким вот въедливым, сухим циником. Юная леди, судя по субтильной фигурке уже перешагнула детский возраст, но судя по реакции не утратила детскую очаровательную в своей бессмысленности привычку пугаться неизвестно чего в самые неподходящие моменты. - Извинилась, - лицо мужчины было совершенно серьезным, когда он, выпустив из руки фолиант, пытался оценить душевное состояние девушки. Сэр Йотори прекрасно разбирался в старинных книгах, артефактах, законах кодекса Хрембера и способах их обходить, можно было прибавить к этому еще дюжину знаний, но вот, увы, в очень-очень юных девушках, как и в детях, архивариус был не сведущ, а потому престал ломать голову на тему, чего ожидать от рыжеволосой гостью детской истерики или женского обморока, посоветовал, таинственно усмехнувшись, - а вы откройте пятьдесят седьмую страницу «Сказаний», леди, там как раз говорится об истинной сути извинений. Байка была коротенькой. Однажды мятежному магистру пришел зов из начальной школы, где обучался его юный отпрыск. Наставник требовал явления магистра, и когда тот пришел, возмущенно поведал о безнравственном поведении мальчика, который изволил потребовать от одной из девочек надеть ему туфли, поскольку маленькому гордецу показалось, что мужчине не подобает наклоняться, дабы обуваться самостоятельно. Тебование сие звучало так: - Немедленно надень мне туфли, маленькая дрянь, не ведающая имени своего отца! Магистр выслушал обвинение и обратился к отпрыску с вопросом: - Неужели ты не извинился, сын мой? - Извинился, конечно, - ответил мальчик, - и перед леди и перед сэром наставником. И наставник подтвердил, что юноша принес свои извинения и дитя, как оказалось не держит зла на своенравного мальчишку. Когда же отец и сын покинули школу, магистр спросил у мальчика: - Ну и какой урок ты вынес из случившегося? На что мальчик ответил: - Урок мой состоял в том, что извиняться не составляет труда, и делать это можно сколько угодно, главное, что туфли надеты. Но, несмотря на краткость, история вполне объясняла, почему Йотори мало придавал значения словам, полагаясь в суждениях только на совершенные поступки. - Мы живем в городе, где применение магии, выше пятой ступени, привлечет внимание обитателей дома у моста, - задумчиво протянул он, - неужели я похож на человека, который будет так нелепо рисковать, безо всякой к тому причины, и пользоваться запретной магией, чтобы проводить гостью до двери? Ладно бы дело было вдали от Ехо, и обстоятельства требовали выудить из леди какую-то информацию, а эта самая леди демонстрировала познания в прикладном героизме и сопротивлялась. Тогда уж, пришлось бы воздействовать на телесную оболочку артефактами восьмой магической ступени, с целью причинения строптивой особе весьма неприятсвенных физических ощущений, которые люди несведущие по наивности называли пытками. Но это были крайние меры в чрезвычайных обстоятельствах. Йотори, подхватив фонарь, предусмотрительно открыл перед гостьей дверь кабинета и приглашающим жестом свободной руки предложил гостье покинуть кабинет не столь оригинальным способом, который она выбрала, чтобы туда попасть. Сторожевые тени, как обычно готовы были отметить любого прошедшего через дверь.

Орли Нара : Менторские нотки в голосе мужчины моментально произвели эффект хорошей дозы успокоительного. Вот теперь- все было как надо, все стало на круги своя, хозяин начинает читать морали, пусть и в завуалированной форме, а значит законы жанра остались неизменными. Орли еще раз продемонстрировала чудеса изменчивости женской натуры моментально повеселев и почувствовав себя в родной стихии. А может, причиной нового перепада настроения было чрезмерное нервное напряжение, кто знает? Поди, разбери это улыбающееся существо, которому байка загадочного хозяина очень понравилась. - Мудрый ребенок! Взрослым бы так!- восхитилась она.- Неужели вы каждую страничку знаете?- теперь удивление было адресовано странному господину. Девушка замолчала, деловито сунув книгу под мышку и пытаясь понять, что она творит? Ей сейчас удирать со всех ног полагается, а не засыпать поймавшего ее человека вопросами. - Мне казалось, что вы похожи на человека, способного обвести обитателей Дома у Моста вокруг пальца.- парировала она. – Но я ошиблась. Увы, вы- не Мятежный Магистр. - с наигранным разочарованием пожала она плечиками, которые все еще чуть-чуть, совсем не заметно подрагивали от пережитого испуга. Девушка смело проследовал в услужливо раскрытую перед ней дверь и тут… - ААААЙЙЙЙ!!!!- новый паучок коснулся плеча девушки и та истошно заорав отскочила назад к первому попавшемуся мужскому плечу, способному защитить леди от жуткого монстра, каковым за неимением иных оказалось плечо, точнее шея хозяина дома, на которой, совершенно не понимая что делает повисла воровка, дрожа от ужаса и возмущения. Звук глухо бухнувшейся об пол книги утонул в крике: - Дырку в небе над этим домом! – она все еще не могла совладать с голосом, по тому выходило громче чем следовало, хоть она и не кричала больше. Но ушам хозяина приходилось не сладко. Учитывая опасную близость к ним говорившей. – Здесь, что ферма паучья? Тут кто-нибудь вообще убирает?? Или это- домашние любимцы???- вопрошала она в праведном гневе и страхе.

Йотори Асаори: «Вот и правильно. И на мятежного магистра я совершенно не похож, - мысленно улыбнулся сэр Йотори наивному заключению гостьи, - и вообще я самый законопослушный гражданин Ехо, репутация которого заработана годами безупречной службы и умения не допускать к своим делам любопытных барышень». Ироничные мысли выразились лишь в легкой, не то усмешке, не то, едва заметной, улыбке, чуть изогнувшей плотно сжатые губы мужчины. Когда же гостья решительно шагнула через порог кабинета, и ненавязчивый паучок тронул лапкой ее плечо, чтобы предупредить, что за каждым ее шагом в этом доме следят, оказалось, что нехитрая эта магия обладает неожиданным побочным эффектом. Эффект этот выразился в том, что, в мгновение ока, барышня оказалась на руках сэра Йотори, которому ничего не оставалось, как подхватить ее легкое гибкое тело, выронив, при этом фонарь. Расколовшийся внутри бронзового сетчатого фонаря, шарик, мгновенно погас. Позволить юной леди упасть на пол подле своих ног, было конечно, большим искушением, но никаких серьезных травм, такое падение у рыженькой вредины не вызовет. Возникла было мысль: случайно уронить девушку в окно, но тогда пришлось бы пройти через весь кабинет, и содеянное уже бы потеряло аргумент «случайности». Оглушительный визг и возмущенные упреки в адрес любимцев хозяина дома, заставили мужчину рефлекторно откинуть голову назад, но это никоим образом не сделало слабее восприятие вокальных способностей незнакомки. - Грешные магистры, - поморщился архивариус, чувствуя, как от этого визга у него заломило виски, - вы хотите, чтобы мои соседи завтра забавлялись предположениями о том, что я развлекаюсь по ночам жестокими надругательствами над невинными девушками? Но, шокированная девчонка совершенно не слышала сэра Йотори, продолжая тараторить. Из всей известной магии, доступных уровней, пригодной, чтобы унять женскую истерику и получить хотя бы несколько мгновений тишины, Асаори знал только одно действенное средство. Шок от которого, теоретически, должен был компенсировать испуг юной леди, и, уравновесив эмоциональный дисбаланс, выразиться в тактильной агрессии на того, кто это средство применит. Но право, гипотетическая пощечина была ничтожно малой платой за тишину, а потому мужчина уверенно переместил руку, удерживающую верхнюю часть спины незнакомки, так чтобы прижать девушку к себе, и безапелляционно поцеловал леди, достаточно убедительно, чтобы страх сменился возмущением. Мгновений, пока губы сэра Йотори ласкали нежные уста рыжеволосой гостьи, хватило, чтобы перешагнуть через порог кабинета, надеясь, что силы примененного «магического» приема хватит, чтобы отвлечь девушку от ощущений следящих чар. Упавшая книга и фонарь с расколовшимся шариком остались за порогом, утонувшего в сумраке кабинета.

Орли Нара : «Чтоооо???? Отпусти меня, вурдалак, несчастный!!!» Прошла еще секунда, пока до Орли дошло, что она не произнесла это в слух, просто по тому, что не способна была произнести что-либо. Потом секунда спокойствия и полного непонимания того, на каком свете она вообще находится. Когда же до девушки, наконец, дошло почему мысль не была озвучена. Она резко дернулась, изо всех сил оттолкнув не в меру находчивого хозяина дома от себя, с силой ударив того в грудь. Сама же воровка отлетела к противоположной стене темного коридора: - И похоже ваши соседи будут правы. – едко заявила она, при этом злости в глазах леди хватило бы на всех демонов этого мира и еще другим досталось бы. Впрочем желаемого эффекта мужчина безусловно добился, громкость высказываний значительно снизилась. - Где выход? – ледяным тоном коронованной особы осведомилась она.,- И не стоит утруждать себя проводами, сама найду. – откуда у простой воровки, в добавок к испепеляющему взгляду, взялся даже не приказывающий- повелевающий тон, врядли кто-нибудь ответит. « Да, он просто издевается надо мной!» Орли спешно соображала какую бы пакость придумать по дороге к двери, в качестве возмездия. Девушка бросила надменный взгляд на хозяина, потом посмотрела на лежащую на полу за его спиной книгу: - Посторонитесь. – Орли вознамерилась совершить подвиг, граничащий по своему героизму с победой над самим Лойсо Пондохвой – еще раз пересечь порог комнаты, что бы поднять книгу, падение которой было- единственной виной которую она за собой чувствовала и твердо намерилась это исправить не смотря ни на каких пауков.

Йотори Асаори: Эта очаровательная леди определенно забавляла сэра Йотори. Своей непосредственностью, редкой смелостью и завидным стремлением выпутываться из сетей сложных ситуаций. Правда предпочитала эти сети рвать, а не распутывать. Мужчина легко выпустил, рванувшуюся из его объятий, пленницу, и только негромко, вкрадчиво рассмеялся на все возмущенные упреки незнакомки. Пресный поцелуй, лишенный намека на страсть, вполне отрезвил девчонку, но все же недостаточно, чтобы в ее рыженькой головке появилась мысль о том, что сэр Йотори не тот человек, к которому стоит поворачиваться спиной в подобных ситуациях. А книга действительно стоила, чтобы за ней вернуться. Хотя бы для того, чтобы прочесть байку о том, как неразумно порой отворачиваться от своих противников, которые считают правильной тактикой, пользоваться уязвимостью других, и только выжидают удобного момента. Полшага вперед, и мужчина оказался за спиной неосторожной леди. В один миг левая рука его уверенно-коротким прикосновением скользнула вверх по девичьей шее, так что пальцы, забрались под тюрбан, ладонь легла на основание черепа девушки, а острие серебряного когтя уперлось в болевую точку у ушной раковины. Коготь этот был вещицей своеобразной, устанавливающей энергетическую связь с любым объектом, на котором его владелец оставлял отметину. С людьми тоже, но связь эта проходила, как только ранка заживала. Собственно, такая связь нужна была для внедрения в структуру иного тела каких-то иных качеств, формируемых волей колдуна. - Не нужно возражать мне, юная леди, - шепнул мужчина, - ни в чем, и эта боль не повторится. И установка эта черной молнией прописалась в сознании жертвы, окрашенная кровавой болевой вспышкой. Более сложное заклинание потребовало бы использовать черную магию куда выше второй ступени. Другой вопрос, что пару дней спустя, можно добавить еще одну строчку правил, и еще… - Может, останетесь на чашку камры, леди? – осторожно осведомился архивариус, отнимая руку от головы своей гостьи. Мимолетно смещенный этим движением тюрбан слетел на пол, давая свободу вьющимся локонам девушки.

Орли Нара : Леди решительно направилась к дверному проему и в этот момент… Что именно произошло в этот момент осталось для воровки загадкой, но инстинкт самосохранения вопил о том, что лучше не дергаться, ибо в голову упирается что-то острое и явно опасное, а голос разума злорадствовал и ругал неосмотрительную барышню: «- Допрыгалась? Вот сейчас он тебя своими ядовитыми цацками потыкает- будешь знать! - Дурак, чему радуешься, можно подумать ты от этого не загнешься вместе со мной? - Раньше надо было меня слушать!- как то не уверенно попытался парировать испугавшийся голос разума. - Одна радость, тогда и ты заткнешься. – зло ответило упрямство.» Слова виновника этого маленького внутреннего конфликта положили ему конец. Мир качнулся и потерял цвета, на их смену пришла вспышка резкой боли, молнией прошедшей через все тело. Однако на этот раз Орли не пикнула, дыхание перехватило, она качнулась в сторону, но удержалась на ногах. А в следующую секунду все кончилось, боль ушла будто ее и не было, миру вновь вернулись краски, а хозяин дома был человеком без сомнения мудрым и знающим, просто нужно делать как он говорит, ему, ведь, виднее. Только вот тюрбан каким-то образом оказался на полу, ну и магистры с ним, все равно он только мешал! - Благодарю, это очень мило с вашей стороны. Правду сказать, я ужасно хочу камры. – Орли робко улыбнулась.- И чего-нибудь сладенького. Леди смущенно опустила взгляд и прикусила губку: - Только, там книга… - она указала на лежащий за порогом фолиант и снова подняла виноватые глаза на хозяина.

Йотори Асаори: Простой прием, слегка изменяющий восприятие слов и ситуаций у того, к кому он был применен, не встретил сопротивления защитных чар. Но Йотори не обольщался. Человеческое мышление всегда восхищало архивариуса своей способностью приспосабливаться, искать выходы и лазейки из ловушек и лабиринтов самых сложных ситуаций. Так, и наложенное ограничение можно было сравнить с валуном, перегородившим русло лесного ручейка. Какое-то время потоки восприятия будут задерживаться у препятствия, но потом вода отыщет другое русло, обогнет валун, или размоет почву под ним, и ручей потечет с практически прежней беззаботностью. В такие моменты, сэр Йотори искренне сожалел о старых добрых временах, закончившихся с принятием этого несправедливо ограничивающего применение магии, кодекса. А уж какие пройдохи и манипуляторы выходили из людей, которые регулярно подвергались подобным магическим экспериментам – и подумать страшно. Так что, маг ничуть не обольщался тем, что наложенные чары артефакторики сработали, как и ожидалось. - Вы можете совершенно не замечать этих «паучков», леди – сообщил он спокойно, - и, разумеется, можете взять книгу. Книги должны приносить пользу людям, а не пылится на полках после прочтения. Да и будет, чем заняться, пока я приготовлю камру. Проводив девушку в гостиную, сэр Йотори предоставил юную леди самой себе и компании ее любопытства и подаренной книги, полагая что рыжеволосая леди относится к той категории людей, которые умеют себя развлечь даже в совершенно пустой комнате. Сам же сэр Йотори отправился поколдовать на кухне, надеясь, что там еще осталось восхитительное рассыпчатое печенье, которое, по счастью, покупалось в лавке, а не было результатом кулинарных талантов повара, работающего в доме. Стоит заметить, юной леди невероятно повезло в том, что сейчас камру готовил непосредственно хозяин дома, и потому напиток сей был вполне пригодным для употребления и вкус его не наводил на мысли, что к ингредиентам камры подмешан добрый десяток экзотических ядов. Соорудив на подносе живописную композицию из маленького кувшина с камрой, чашек, и блюда с печеньем, мужчина вернулся в гостиную, испытывая искренней интерес к тому, насколько его гостья успела там освоиться. - Может откроете мне свое имя, несравненная? – осведомился сэр Йотори, ставя поднос на низенький столик рядом с диваном, - а так же хотелось бы услышать о том, что заствляет вас навещать дома добропорядочных граждан Ехо под покровом ночи. Мне думается, что вы ведь не только книгами интересуетесь. Наполнив чашки камрой, Асаори поставил одну из них на столик – для своей гостьи, а из второй отпил сам, раздумывая над дилеммой: заставить свою своенравную гостью вообще забыть дорогу к дому, или же наоборот, позволить себе развлечься обществом леди еще какое-то время. Решение зависело от ответа зеленоглазой барышни.

Орли Нара : Оказывается, что на страшных монстров пауков можно совершено не обращать внимания. Наверное, хозяин дома - очень милый человек, наложил а них какое-то заклятие, заставив исчезнуть и не беспокоить больше леди. Орли с сомнением шагнула через порог, так будто входила в ледяную воду. Но паучок, тронувший ее плечо, остался незамеченным, за то книга вновь оказалась руках ночной гостьи и на лице девушки засияла победная улыбка. Обратный шаг был сделан уверенно, как и все последующие, ведущие в гостиную, где Орли оказалась предоставлена сама себе. Точнее книга была предоставлена ей. Как только хозяин покинул комнату, воровка оглядела просторное, со вкусом обставленное, помещение, потом устроила быстрый обход, больше напоминавший поход по музею и в конце концов устроилась, в компании книги, в одном из мягких кресел, поджав под себя ноги. Чтение оказалось, на столько, увлекательным, что в этот раз она, действительно, не заметила мужчину, пока поднос с камрой не звякнул о низенький столик между диваном и креслом. Орли отложила книгу: - Ох, я ужасная невежа, требую камру с человека, которому даже не представилась. Хотя, чего же ждать от девушки, посещающей ночью чужие дом?- обезоруживающе улыбнулась она, - Мое имя- Орли Нара.- она чуть склонила голову, в знак запоздалого приветствия.- Могу я в замен узнать ваше имя? Девушка взяла маленькую чашечку, сделав пару глотков: - А, что до причин…- она не на долго задумалась,- это – весело, немного опасно, но от этого еще забавней. Кроме того другой работы у меня нет. Не берут. – пожала она плечами. – Люди – странные существа, с удовольствием принимают на работу, если я намериваюсь облапошить работодателя, а вот, если просто хочу работать – сплошные отказы. Зачем же их разочаровывать, если им так нравится, когда я вношу свои коррективы в их карманы? Леди беззастенчиво потянулась за печенюшкой, отправив ее в рот: - Кстати, вы, сэр, - первый кому удалось меня поймать. Неужели это было так легко?

Йотори Асаори: Хорошие книги редко учат милых леди чему-то хорошему. Вероятно тем они и интересны. Если бы сухой и педантичный архивариус умел умиляться, то, вероятно, восприятие им юной леди сейчас граничило бы с умилением. Но сэр Йотори был прагматиком, а потому размышлял, какую пользу для себя можно извлечь из этого знакомства, которое все-таки состоялось, когда в ответ юной леди, мужчина представился сам: - Узнавать имя в замен – это похоже на сделку. Но кажется вполне справедливой сделкой. Меня же зовут Йотори Асаори, - пряча усмешку в уголках губ, отмерил он церемонный поклон, в ответ на кивок леди. Формальности пустых комплиментов, сэр Йотори всегда полагал словесной мишурой, а потому предпочел выяснить некоторые детали о новой знакомой: - Знаете, леди Орли, - людям на самом деле нужно очень немного, но когда у них что-то отнимают, это вызывает негодование у тех из них, кто привязан к материальным безделушкам, - так что, по сути, вы делаете другим великую милость, давая шанс понять, что они стали рабами материального мира. Но не все могут воспользоваться таким шансом. Суждения сэра Йотори при всей их философичности были, с точки зрения жителей Ехо, весьма спорными, но ведь не всем доводилось читать такие великомудрые сказания мятежных магистров, которые развлечения ради с легкостью могли доказать, что черное – белое, что вода – сухая, что добро – потворствование злу, а зло – великая очищающая сила, позволяющая миру становится лучше. - Не обходите своим вниманием печенье, леди, оно не отравлено, - заметил архивариус, лукаво усмехнувшись, и отставив чашку с камрой, - и я вас не ловил, незабвенная. Зачем отнимать хлеб у господ из городской полиции? Если все горожане займутся ловлей тех, кого стоило бы называть мастерами, избавляющими от материальных излишков, то чем же будут заниматься господа сыщики? Вас поймало ваше любопытство, леди Орли, и только оно - причина того, что вы позволили себе задержаться за чтением книги у меня в гостях. В темно-синих глазах Йотори плясали насмешливые блики, и трудно было понять, то ли мужчина шутит с совершенно серьезным лицом, то ли старается заретушировать под видом шутки свои высказывания. - Кстати, вы ведь никуда не торопитесь, да леди? Мне было бы приятно, если бы вы скрасили своим обществом несколько следующих дней в этом доме. Однако, не хотелось бы заставлять волноваться ваших близких, которые, вероятно будут беспокоиться, если вы не вернетесь на рассвете.

Орли Нара : Камра была великолепной, печенье вкусным, а хозяин дома человеком приятным и рассудительным. Только вот вспомнить, что произошло между приходом в гостиную и чтением в кабинете, Орли никак не могла точно припомнить. Но уж точно ничего плохого, иначе они бы не беседовали так мило. - Вижу вас как наяву, сэр Йотори!- вскинула она руку в церемониальном жесте, прикрыв глаза ладонью. Слушая господина Асаори воровка лишь лукаво усмехнулась: - Боюсь, что люди ставшие рабами материальных ценностей, не способны оценить всего благородства услуги которую я им оказываю, беря за нее, по сути, мизерную плату. – еще пара печений отправилась в рот в след за камрой.- И, часто они бывают отравленными?- невзначай поинтересовалась она. Услышав обвинение в адрес своего, старательно холимого и лелеемого, любопытства Орли насмешливо сощурилась: - Если уж на то пошло, то в сообщники к моему любопытству можно брать вашу великолепную библиотеку, если б не она то и любопытство вело бы себя осторожней.- рассмеялась она. – Вы- ученый? У вас столько книг.. И, некоторые… Как эта…- она сделала короткую паузу подбирая слова и указала на подаренный ей том.- могут принести неприятности своему владельцу. – подобрала она наконец наиболее дипломатичную концовку. Конечно будь Орли в своем уме она ни за, что не стала бы делиться подобными наблюдениями, лишь отметив их про себя, но сейчас… И откуда только взялось такое доверие к этому мужчине? Леди лишь отмахнулась от следующей фразы сэра Йотори: - Нет у меня здесь ни близких, ни далеких. Я уже лет тридцать как сама в Ехо живу. Но в моем ремесле это- очень удобно, некому слать тебе зов в самый неподходящий момент да и на рассвете никто не будет интересоваться, где ты шлялась всю ночь. – наивно объяснила все девушка, без тени сомнений относительно своей участи в этом доме.

Йотори Асаори: Легкое отрицательное движение головой, сопровождалось ответом о том, насколько часто в этом доме подается отравленное печенье: - Только если их готовит мой повар. Так что не забывайте уточнять, что сладости куплены, а не приготовлены им, если вдруг появится искушение полакомиться. Чуть склонив голову, мужчина задумчиво любовался точеным профилем своей обаятельной гостьи, талант которой поддерживать беседу мог соперничать с мастерством по проникновению в чужие дома. - Книги – не показатель учености, - без сожаления заметил Йотори, - они как люди, живут своей жизнью. Приходят к тем, кто готов уделить им свое время и внимание, задерживаются в гостях, а то селятся навсегда на полках библиотек тех людей, у которых им понравилось. Некоторым из них понравилось у меня, наверное, потому что я умею любить их. А что до неприятностей, - в уголках губ замерли тени осторожной усмешки, - каждый получает от такой книги, то чего заслуживает его внимание к ней. Кто-то – только неприятности, а кто-то знание как этих и многих иных неприятностей избежать. Можно сравнить знания с отмычками, леди Орли. Неумелое использование их – приведет в тюрьму, а в опытных руках они могут привести ищущего к тайникам с драгоценностями. Голос мужчины звучал с проникновенной нежностью. О книгах сэр Йотори мог говорить бесконечно, особенно если эта бесконечность начнется после хорошего сна. Все-таки поздние гости, даже такие необычные, как леди Орли – серьезное испытание для хозяина. И хотя девушка определенно располагала к себе своей непосредственностью, мужчина ни на мгновение не забывал о том, что целью визита юной леди было вовсе не печенье. Поднявшись, архивариус устало улыбнулся, и обйдя столик, подал своей гостье руку: - Ну, раз некому читать вам нотации о том, что приличной леди нужно покидать мужчин до полуночи, чтобы на рассвете просыпаться в своей постели, думаю, не будет никаких препятствий к тому, чтобы позволить мне показать вам вашу спальню. Ничто не мешало Орли исказить факты как угодно, вопрос был лишь в устойчивости податливости личности к подобной магии, но если кто-то и обеспокоиться исчезновением девушки, то к утру это, скорее всего, выяснится. Но если девушка и правда была в этом городе предоставлена исключительно сама себе, то из нее вышел бы идеальный объект для несложной и совершенно безопасной магической практики, а учитывая нынешнее состояние леди, то объект настолько любопытный, что на участие в эксперименте согласится исключительно добровольно. И все же, сэрй Йотори не был бы самим собой, если бы со свойственной ему педантичностью не стремился предусмотреть, максимально возможное количество неприятных случайностей, которые могли бы неожиданно разрушить его планы. Вот и сейчас темный взор мага задержался на тонкой цепочке, часть которой, выскользнув из под складок лоохи, нежно обвивала женскую шею, прячась под рыжими локонами. Поймав ладонью хрупкие пальчики леди, мужчина неожиданно привлек ее к себе. Настолько близко, чтобы в следующий миг, его пальцы, откинув рыжеватый локон, скользнули с осторожной нежностью по шее леди поймав цепочку, потянув которую, выудили из под складок лохи зеленый, едва заметно мерцающий кристалл. - Занятная вещица, - шепнул сэр Йотори, склонившись к уху своей гостьи, - позвольте мне взять его до утра, леди? Мне думается, что у вашего амулета есть своя маленькая тайна, которую, возможно, мне удастся узнать. И разумеется, я поделюсь с вами тем, что узнаю.

Орли Нара : Тонкая бровь изогнулась в изумлении: - Как же вы выживаете с таким поваром?- снова веселые смешинки в голосе , - Повар-отравитель, гостья- воровка, а кто же тогда вы? – леди лукаво склонила голову на бок, изучая сэра Йотори яркими зелеными глазами с пляшущими в них искорками. Девушка без тени сомнения вложила свою ладонь в руку мужчины, которому верила сейчас больше чем себе. Ей и в голову не могло прийти отказаться от предложения переночевать в этом доме. Идея сэра Йотори ничуть не насторожило воровку, напротив Орли искренне обрадовалась возможности завтра снова увидеть этого интереснейшего человека, с которым, казалось, можно было говорить обо всем. О том. что этот человек может не только говорить с юной леди, но и иметь другие планы она и не подозревала, находясь под действием чар. Только когда мужчина неожиданно привлек ее к себе, достав кулон, ночная визитерша вздрогнула от неожиданности и смутного ощущения неправильности происходящего. Тень сомнения мелькнула на лице девушке, она едва заметно качнула головой, не желая отдавать сэру Йотори кулон. Но от этой мысли тут же страшно разболелась голова, будто острый камень ударил в затылок, расколовшись на сотни мельчайших впивающихся в кожу осколков. Орли побледнела, часто задышав от боли. Зажмурившись девушка тряхнула рыжими локонами, отгоняя от себя странное сомнение и боль: - Только обещайте вернуть мне его утром. – едва слышным шепотом пролепетала она. – И не забудьте рассказать, что в нем интересного.- уже значительно бодрее добавила она, ведь боль ушла так же внезапно как и появилась. – Пожалуй, я немного устала, спальня- предел моих мечтаний сейчас. – созналась воровка. " Спать, так спать. Очень удачно, между прочим. Гостеприимный хозяин отправится в постель, а я - на экскурсию по дому. Уверена, тут еще куча всего интересного. За одно, попробую разобраться кто он такой. Только вот кулон... Зря я согласилась отдать его.. Может еще не поздно передумать? Нет, нельзя обижать хозяина."

Йотори Асаори: Проводив милую леди до пустующей комнаты для гостей, и предоставив самой себе, архиварус задумался о целесообразности тратить остаток ночи на сон. Размышления были недолгими и завершились на кухне, возле буфета, в котором помимо всяческих полезностей для кулинарного волшебства хранился стеклянный графин с узким горлышком, которое было заткнуто плотно притертой пробкой в форме птичьей головы. В графине этом содержался спасительный для многих жителей Ехо, коротающих ночи за делами, бальзам Кахара. Собственно в компании графина и кубка, сэр Асаори и возвратился в ту самую комнату, где и работал до того как его отвлек визг леди Орли. Прежде чем возвращать кулон своей гостье, Йотори желал убедиться, что вещица эта не доставит ему серьезных неприятностей. Кристалл нес на себе отпечаток белой магии, притом наложенной очень давно, задолго до того, как подобное по силе колдовство стало запрещенным. Вот только магия эта замкнутая единожды никак себя не проявляла, чтобы ее можно было почувствовать. Интерес у архивариуса был связан не только с желанием понять природу свойств этой безделицы, но и с привычкой учится тому, чего не умел. Было бы наивно полагать, что все созданные магами игрушки занесены в каталоги, сосчитаны и описаны. Нет. Можно было лишь найти упоминания о сильнейших артефактах, или наиболее прославленных творцах предметов, наделенных особыми свойствами. Реже уроки их мастерства, или описания сферы манипуляций, которой тот или иной творец отдавал предпочтение. Косвенные признаки – стиль огранки, кристалла, сам минерал, добываемый вместе с алмазами, но в отличии от них, выбрасываемый в груду породы, и уже после просеивания отправлявшийся в мастерские для изготовления разного рода флаконов, застежек и сувениров. Или таких вот изящных украшений, которые были идеальны для того, чтобы становится талисманами в опытных руках. Располагая данными о географическом местонахождении минерала, о том, в какие времена и каком городе пользовалась популярностью огранка такого типа, можно было значительно сузить параметры поиска (которые сводились, в конечном счете, к сопоставлению данных о кулоне и знаний о мастерах прошлого), чтобы привести цепочку логических рассуждений к одному из канувших в небытие орденов, последователи которого славились своей необычайной удачливостью, и как следствие, богатством и могуществом, ну и артефактами, притягивающими к своему владельцу эту самую трудноопределимую удачу со всеми ее последствиями. Некоторые сведения, архивариус уточнил, полистав разные хроники и выписки из кодексов орденов, и наконец, взялся за сам кристалл. Коготь позволил бы сэру Йотори полностью расплести давние чары, разрушив их, но в том не было необходимости. Основную суть амулета он понял, а узнать заклинание, наложенное на кристалл, устроив допрос камешку, могла только истинная магия которой Асаори не владел. Но в отличии от хозяйки кристалла, он владел четким понимаем того, в чем именно должна заключаться удача, по мнению вероятного творца этого артефакта. Оставалось только проверить его действие на себе. Надев кулон, мужчина достал те самые записи, которые никак не мог собрать в нужной последовательности, чтобы текст обрел смысл, и взялся в очередной раз перечитывать их, сопоставляя ниточки логических рассуждений автора. Цель у Йотори была конкретной, а желание – очень определенным, и как ни странно, внимание его зацепилось за строчки , которые гласили, что о чем-то было упомянуто ранее, и это позволило определить начальный фрагмент, а в нем найти несколько тезисов, анонсирующих действия, которые надлежало совершить в определенном порядке, и уже по описаниям этих действий сложить все остальные куски в нужной последовательности. Давняя магия прекрасно работала, создавая то, что люди предпочитали называть «удачей». А по сути, кристалл лишь в какой-то степени обострял внимание своего обладателя на всю информацию, связанную с сиюминутным желанием или интересом человека. Будь то предметы, обрывки фраз прохожих, места или нужные люди, которых можно было спросить об искомом «на удачу». Но чем размытей и неопределенней была цель, тем неопределенней была и «удача» приносимая кристаллом. Скажем, желающий найти истину, мог с таким везением оказаться в приюте безумных, а ищущий гипотетические королевские сокровища мог и не обратить внимания, что последнем номере «Суеты Ехо» опубликована статья называемая «Сокровищница детских высказываний его Величиства Гурига VIII». Остаток ночи пролетел незаметно, а о том, что наступившее утро уверенно и полновластно захватило город, оповестил стук дворецкого, который побеспокоил хозяина, чтобы доложить о том, что подан завтрак для сэра Йотори и «леди, гулявшей по дому» когда дворецкий явился на работу. Изучить воздействие кулинарных изысков своего повара на хрупкий организм ночной гостьи было весьма интересной идеей, но Йотори совершенно не прельщала необходимость избавляться от тела, или нанимать сиделок, в случае, если жизнеспособность леди Орли окажется выше способности повара делать из нормальной еды редкостную гадость. А потому дворецкий был проинструктирован заказать в ближайшем трактире свежих булочек, ореховых корзиночек и кувшин камры, а так же, как обычно не подавать к столу ничего, что готовилось на кухне этого дома. После купания, переодевания, и прочих утренних приятностей, а так же нескольких глотков бальзама кахара, Йотори вошел, наконец, в столовую, удовлетворенно обнаружив на столе наглядную демонстрацию исполнительности своего слуги, а у стола причину своей бессонной ночи. Любезно улыбнувшись гостье, Йотори поднес ладонь к глазам, и хотя они не прощались по сути, любезно поприветствовал девушку, после осведомившись: - Надеюсь, вам хорошо спалось, леди? Что-нибудь снилось? Лаконичный жест полураскрытой ладони в сторону сервированного стола сопровождался лаконичным: «прошу». Ничего из происходящего, казалось не выбивалось из привычной обыденности совместного завтрака, разве что темные глаза Йотори задержались на лице девушки с оценивающим вниманием. Словно, планируя разобрать юную леди и посмотреть, из каких же заклинаний и тайн создано это непосредственное существо, хотя, что можно угадать по взгляду? Быть может мысли сэра Йотори были не столь кровожадными, а подчеркнутое внимание к Орли было вызвано некоторыми следствиями ее ночной прогулки по дому…

Орли Нара : Путь в гостевую комнату оказался не длинной, но познавательной экскурсией. Во-первых стало понятно, что паучки, обитающие во всевозможных проемах этого дома, не более чем иллюзия, а значит их можно не бояться, во –вторых в этой части дома Орли еще не была и теперь получила приличный кусок недостающей информации. Оказавшись в гостевой спальне леди вежливо пожелала сэру Йотори хорошей ночи и и плюхнулась на мягкий ковер, занимавший полкомнаты и служивший кроватью всем жителям Ехо. Девушка прислушалась к удаляющимся шагам за дверью, обрадовавшись, что хозяин дома не стал запирать непоседливую гостью на ночь, что было бы очень разумно с его стороны. Девушка забралась в дальний уголок пастели, где были сложны одеяла и подушки, разложила их, нежась на мягком ковре, но не позволяя сладкой дреме завладеть собой. Орли ждала, пока сэр Йотори удалится в свою спальню и заснет, решив дать ему примерно полчаса времени. Когда бороться со сном стало совсем невмоготу девушка встала и бесшумной тенью выскочила за дверь, весело подмигнув, не страшащему ее больше иллюзорному пауку. Кто бы не создавал этот мир, но он, явно, был небезразличен к ворам, ведь темнота не составляла для них никаких проблем и Орли прекрасно видела все в кромешной тьме, фосфорицырующими красными глазами. В первых двух комнатах, Орли не нашла ничего интересного, они оказались такими же гостевыми спальнями как и ее, за то поднявшись на второй этаж она почти случайно заметила сливающеюся со стеной дверь. Казалось ее никто не прятал, но именно такие «явные» места, как правило оказываются самыми надежными. Девушка со всей возможной тщательностью проверила ее на наличие охранных чар. Найти их оказалось не так просто, хозяин умел маскировать, то что хотел оставить незамеченным, но вовока была готова к этому. Возня с дверью заняла не менее дюжины минут, но в конце концов чары были сняты без повреждения, а замок открыт. Довольная собой девушка шмыгнула внутрь, внимательно оглядываясь по сторонам. Нечто на манер лаборатории и архива разом. Не понятные предметы, странные устройства, множество самопишущих табличек и просто рукописных тетрадей. Леди старалась ни к чему не прикасаться, только аккуратно заглянула в оду из раскрытых тетрадей. Нескольких слов хватило для того , что бы девушка решила поскорей убраться от сюда, аккуратно и скурпулезно запечатав дверь так же как это было сделано до ее вторжения. « Запрещенные сказки- дело одно, а вот описания экспериментов по выведению «усовершенствованных» людей и записки Магистра Ордена Единой Руки, с рекомендациями для государя о том как ему стоит себя вести с народом и врагами, это уже не просто Холоми попахивает, это прямой билет на тот свет. Дырку в небе над этим домом!» Орли ни а секунду не забывала об осторожности, на этот раз первым порывом было немедленно покинуть это место, забыв навсегда дорогу сюда, но рука автоматически скользнула к шее, туда где обычно была цепочка с кристаллом и не обнаружила ничего. « Если сэр Йотори позаимствовал мой кулон, то будет справедливо, если я возьму за него залог..» Неожиданно для себя самой решила она и направилась в кабинет, где на столе так и осталась стоять , открытая ею шкатулка. Все было как и ожидала Орли, шкатулку закрыть никто не сподобился и девушка заглянула внутрь, там лежало несколько крошечных свитков, пара необычных камней и нож. Все бы ничего, но кроме искусно сделанной рукояти с не понятными рунами, внимание привлекало лезвие, от переливающейся поверхности которого невозможно было оторвать глаз. Имелся там же и футляр для чудо ножа. Но лежал он отдельно хоть и был все в той же шкатулке. Стоит ли говорить, что Орли выбрала именно его в качестве «залога»? Девушка протянула руку и… порезалась. Капелька густой крови выступила на пальце но так и не скатилась , вовремя слизанная расторопной воровкой, для которой осталось загадкой как она умудрилась порезаться, берясь за рукоять. Вторая попытка оказалась более удачно и нож был помещен в футляр, а за тем и спрятан в складках лохи. Спать. Проснулась девушка, на удивление рано, успев спуститься в столовую раньше хозяина дома, и познакомившись с суровым дворецким. Теперь, найдя несколько «маленьких тайн» сэра Йотори, Орли по другому смотрела на все , происходящее здесь. - И вам, хорошего утра, сэр Йотори. – кивнула она в ответ на приветствие садясь а стол. – Спалось мне чудесно, но снов, увы, не помню. – сухо ответила она. За завтраком девушка пила одну лишь кару оставив без внимания остальные «вкусности», то и дело бросая то вопросительные, то выжидательные, а то и вовсе непонятные взгляды на мужчину. Леди хотелось как можно скорее получить назад свой кулон и смыться подальше от этого места. Впрочем закралась в головку девушки еще одна шальная мысль: непременно выяснить чем же занимается этот странный господин.



полная версия страницы