Форум » Мир Стержня » «Морской бой», второй день года » Ответить

«Морской бой», второй день года

Наваждение:

Ответов - 23, стр: 1 2 All

Анчифа Мелифаро: Анчифа легким прыжком преодолел немыслимое расстояние и оказался на палубе Кеттары. Тут же его окружили матросы с недвусмысленными намерениями, и обжигающая сталь клинка моментально выскользнула из ножен. На его лице осталась только тень от улыбки. Взгляд стал тяжелым и спокойным, как все воды зеленого океана. Под этой тяжестью твердые руки врагов начинали опускаться, а самые храбрые воины начинали дрожать, как стравленные паруса. Он видел их страх, но кроме этого он ощущал их ненависть. В пиратах ее всегда было сполна. Настоящая, искренняя ненависть, к человеку, который посягнул на их единственный приют в этом мире, на смысл их жизни. Кроме этой шикки им больше нечего терять, и выбора, кроме как вцепится в глотку хоть самому Лойсе Пондохве, у них нет. И пусть погибнут, пусть безнадежно, но есть минимальный шанс, что он поперхнется их кровью, споткнется об их труп, оглохнет от их предсмертного вопля – это достаточная причина для нападения. С легким свистом клинок Анчифы начинает одинаково легко рассекать воздух и тела бойцов. Здесь нет места жалости или чести. В такой драке главное выжить, главное убивать быстро и эффективно, без задержек, без промедлений, без пощады. Взмах, матрос хватается за горло , булькая и хрипя смертельной раной. Никаких колебаний. Уколоть, и тут же выдернуть саблю, чтоб мертвое тело не вывернуло ее из рук, падая на скользкую от крови палубу. Еще взмах - и еще один соскальзывает за борт. На его лице застывает последняя маска страха и боли, а грудь его рассечена практически пополам. Лязг столкнувшихся лезвий, защита с выпадом, блок и еще один блок с обманным движением. Отскок с линии атаки и рубящий контрудар. Этот оказался крепким орешком. Вопль боли знаменует успешную атаку, кисть врага болтается на лоскуте кожи и паре сухожилий. Завершающий пинок бросает его тело в толпу, давая пару секунд передышки и блокируя нападение противников. Жестокость его боя усмиряет пыл бойцов. В них уже нет того безумия атак, полного игнорирования полученных ранений, фанатизма и неустрашимости. По одному они начинают отступать. Атаки уступают место защитным позициям, они пятятся, и он продолжает теснить их, не давая ни передышки, ни секунды опомниться. Рефлексы. Сейчас все решают рефлексы. Закаленное в бою тело само прекрасно знает, как ему стоит действовать, чтоб не потерять ни куска драгоценной плоти. Анчифа только успевает заметить нацеленные на него бабумы, а тело уже смещается в сторону, прикрываясь удачно подвернувшимся бедолагой. К счастью, у того реакция похуже, и он становится обладателем пары рваных ран, похожих на его последние пожизненные награды. Скорость, стремительность движений и больше ни на что времени нет. Никаких эмоций. Потом он вспомнит, даже скорее извлечет из подсознания и немного додумает детали и нюансы этого сражения. Как гарь погибающего корабля не давала дышать, черными хлопьями летая в воздухе, а дым выедал глаза. Как он еле увернулся от брошенного ножа, и как его ответный бросок безошибочно нашел цель. Эти запахи горящей древесины, и едва уловимый морской бриз. Эти стоны и крики раненых и едва слышимые плески волн. И липкая кровь на палубе, и белоснежность парусов, и отблески солнца на клинках, и еще много всего… Какая-то безумная, немыслимая, невообразимая гармония. - Анчифа, а я тебя искала, - Анчифа машинально сблокировал её атаку…рефлексы. Она плавно отскочила назад и встала в защитную позицию. -Уна, здравствуй. Ты нашла меня, и что? Довольна? – ребяческий шутовской поклон был достойным дополнением этой издевки. На лицо вернулась привычная легкая улыбка , а глаза сверкнули новой искоркой. –Я не хочу тебя убивать. «Уна – девочка рациональная, она оценит шансы и сдастся, никуда не денется. Позиция-то у неё…полный штиль! » - подумал Анчифа, но в глубине души он надеялся… надеялся, что она пошлет все к Темным Магистрам и бросится в атаку. Пускай не как тогда, когда это было прелюдией, особенными играми двух влюбленных безумцев. Но хотя бы тень тех ощущений, тех чувств коснется его. И это будет лучше, чем тысячи других побед и сражений, даже если в этот раз он проиграет

Уна Джанга: Нашла, нашла... "Нашла. Ты даже не представляешь, как долго я тебя искала. Не здесь, не сейчас. Но в каждом своем вздохе, каждый день я жаждала этой встречи, каждый день..." Звон стали, шатающаясь палуба под ногами - бой. Неукратимый, жестокий, кровавый. Нас не может быть, мы не реальны. Мы - всего лишь пешки в руках нашей Судьбы. Может быть, это и есть наша жизнь - бой... В схватках рождается Истина. Стук сердца, звон скрещиваемого оружия. Уна улыбнулась - нет, это не был оскал загнанного в угол зверя, хотя она и знала, что против такого противника ей не выстоять - это была улыбка в лицо смерти. Под ногами ходуном ходила палуба, раздавались крики, в воздухе метались дым и запах пороха. Закрыть глаза - на мгновение - выдохнуть, перехватывая поудобнее рукоять меча. Друг, помощник, слуга... самый близкий из возможных. Галонсо? Всего лишь матрос. Она его никогда не считала чем-то очень важным в своей жизни, она ценила ветер, скорость корабля, скрип обшивки под ударами волн, но не его. И еще - она любила эти глаза. И человека, который сейчас стоял напротив нее, чуть хмуря четко очерченные брови. - Анчифа, - шаг вперед, поворот кисти, удар. - Ты - лучшее, что я когда-либо видела. Поэтому я довольна. Да. Бросить вызов и смеяться в лицо противнику, который его принял. И надо бы послать к грешным магистрам свою гордость, но нет, Джанга поворачивает корпус, прогибается в позвоночнике, пропуская мимо себя острое лезвие капитана "Фило", отмечает краем глаза, что ткань лоохи рвется, открывая скабу. - Ха! - ей было грустно. Потому что она знала, не первый день в море, что "Кеттара" не выживет в этом бою. И о чем она только думала, нарываясь на бой с Мелифаро? О собственной гордости? Вряд ли. О судьбе? Наверное, да. Время платить по счетам. Выпад. Опять мимо. "Я его даже не могу задеть!" - все-таки закусывая губу, подумала капитан "Кеттары", падая на палубу - это был единственно возможный способ уйти от удара Анчифы. Пропахав лопатками доски, она развернула корпус, заставляя тело перекатиться в сторону и взметнулась на ноги, недалеко, но все-таки на безопасном расстоянии от противника. По рукаву растекалось влажное пятно, хотя боли пока не было. "А вот он меня достал". - Слушай, Мелифаро, а что ты обо мне думаешь? - ощупывая противно засаднившую царапину, сказала Уна. Он задел правое плечо, но, так или иначе, это не могло бы быть поводом к прекращению драки.

Анчифа Мелифаро: - Спасибо, за комплимент, благородная Уна Джанга,- великолепная атака, девочка неплохо выучилась в схватках на северных морях. Слегка коснувшись кончиком сабли лезвия вражеской сабли, Анчифа отбил ее атаку и сделал ответный выпад. Удар, нацеленный в сердце, лишь полоснул по одеждам, оставляя царапину на плече и дразня противника. Уна упала на палубу, перекатилась и тут же оказалась на ногах в защитной позиции. - Я думаю, твоя цель украсить свою каюту моей ветреной головой, чтоб начинать утро, выписывая пару пощечин такому подонку, как я, - в этот раз её атака была просто блестящей. Сделав пол оборота корпусом, она нанесла простой рубящий удар наотмашь. Ничего непредсказуемого, все выглядело как действие уже выдохшегося противника, но, в последнюю секунду изменяя траекторию полета сабли, проникающий удар намерился вонзиться в капитана Фило по самую гарду. Натренированное тело, отточенные рефлексы - Анчифа , отскакивая вправо и отклоняя корпус, отделался широкой царапиной на груди. Смертельный клинок прошел мимо, и следуя движению ее руки он железной хваткой перехватил ее за кисть, блокируя дальнейшие атаки. Уна, не растерявшись, ударила его в скулу ( Великие Магистры , откуда в этих маленьких кулачках тяжесть удара портового грузчика? ) и перехватила его руку с клинком. Оба капитана оказались в патовой ситуации, обоюдно блокируя атаку. - Уна, ты должна сдаться. Не заставляй меня убивать всю твою команду, - он говорил спокойно и без злости, хотя и с легкой одышкой. Эта пиратша и вправду заставила его изрядно попотеть – давно он не встречал такого достойного противника. - Тем более, что я бы не хотел лишать этот мир твоей прекрасной задницы, - с нажимом продолжил он, и встретился с ней взглядом. Мир вокруг замер на мгновение. О, она была прекрасна, как стихия. В ее темных глазах отражалось вся бездонность и неудержимость, весь мрак и величие гигантских водоворотов Южного океана. На мгновение он немного растерялся. Как прозревший слепец, впервые видит проблеск солнечного луча и не осознает, что это лишь начало абсолютно новой жизни, так и эта встреча, этот бой и эта решимость в ее словах , в ее глазах и действиях - все это не случайность. Это увертюра, начало чего-то большего. Это проблеск чего-то, что им сейчас не понять и не оценить. И сейчас не ясно, будет ли это нечто хорошим или плохим. Никакой определенности, кроме давящего осознания, кроме черной безысходности. Все это стало очевидным, как только их взгляды встретились.



полная версия страницы